Офицеров Андрей Аркадьевич - научный сотрудник отделения биотехнологий и трансфузиологии ГБУЗ «НИИ СП им. Н.В. Склифосовского ДЗМ».
129090, Москва, Большая Сухаревская пл., д. 3
Andrey A. Ofitserov - Scientific Researcher, Department of Biotechnology and Transfusiology, N.V. Sklifosovsky Research Institute for Emergency Medicine.
Bolshaya Sukharevskaya Sq. 3, Moscow, Russian Federation 129090
Боровкова Наталья Валерьевна - доктор медицинских наук, заведующая научным отделением биотехнологий и трансфузиологии ГБУЗ «НИИ СП им. Н.В. Склифосовского ДЗМ»; доцент кафедры трансплантологии и искусственных органов ФГАОУ ВО «РНИМУ им. Н.И. Пирогова» МЗ РФ (Пироговский Университет).
129090, Москва, Большая Сухаревская пл., д. 3; 117997, Москва, ул. Островитянова, д. 1
Natalia V. Borovkova - Doctor of Medical Sciences, Head, Department of Biotechnology and Transfusiology, N.V. Sklifosovsky Research Institute for Emergency Medicine; Associate Professor, Department of Transplantology and Artificial Organs, Pirogov Russian National Research Medical University.
Bolshaya Sukharevskaya Sq. 3, Moscow, 129090; Ostrovityanova Str. 1, Moscow, 117997
Макаров Максим Сергеевич - доктор биологических наук, старший научный сотрудник отделения биотехнологий и трансфузиологии ГБУЗ «НИИ СП им. Н.В. Склифосовского ДЗМ».
129090, Москва, Большая Сухаревская пл., д. 3
Maxim S. Makarov - Doctor of Biological Sciences, Senior Researcher, Department of Biotechnology and Transfusiology, N.V. Sklifosovsky Research Institute for Emergency Medicine.
Bolshaya Sukharevskaya Sq. 3, Moscow, Russian Federation 129090
Кудряшова Наталья Евгеньевна - доктор медицинских наук, главный научный сотрудник отделения лучевой диагностики ГБУЗ «НИИ СП им. Н.В. Склифосовского ДЗМ».
129090, Москва, Большая Сухаревская пл., д. 3
Natalia E. Kudryashova - Doctor of Medical Sciences, Chief Researcher, Department of Radiation Diagnostics, N.V. Sklifosovsky Research Institute for Emergency Medicine.
Bolshaya Sukharevskaya Sq. 3, Moscow, 129090
Лещинская Ольга Валерьевна научный сотрудник, врач-рентгенолог отделения радиоизотопной диагностики ГБУЗ «НИИ СП им. Н.В. Склифосовского ДЗМ»
129090, Москва, Большая Сухаревская пл., д. 3
Olga V. Leshchinskaya - Scientific Researcher, Radiologist, Department of Radioisotope Diagnostics, N.V. Sklifosovsky Research Institute for Emergency Medicine.
Bolshaya Sukharevskaya Sq. 3, Moscow, 129090
Миронов Александр Сергеевич - кандидат медицинских наук, заведующий отделением консервирования тканей и производства трансплантатов с операционным блоком ГБУЗ «НИИ СП им. Н.В. Склифосовского ДЗМ».
129090, Москва, Большая Сухаревская пл., д. 3
Alexander S. Mironov - Candidate of Medical Sciences, Head, Department of Tissue Preservation and Transplant Production with the operating unit, N.V. Sklifosovsky Research Institute for Emergency Medicine.
Bolshaya Sukharevskaya Sq. 3, Moscow, 129090
Талыпов Александр Эрнестович - профессор, доктор медицинских наук, ведущий научный сотрудник отделения неотложной нейрохирургии ГБУЗ «НИИ СП им. Н.В. Склифосовского ДЗМ»; профессор кафедры фундаментальной нейрохирургии ФГАОУ ВО «РНИМУ им. Н.И. Пирогова» МЗ РФ (Пироговский Университет).
129090, Москва, Большая Сухаревская пл., д. 3; 117997, Москва, ул. Островитянова, д. 1
Alexander E. Talypov - Doctor of Medical Sciences, Leading Researcher, Department of Emergency Neurosurgery, N.V. Sklifosovsky Research Institute for Emergency Medicine; Professor, Department of Transplantology and Artificial Organs, Pirogov Russian National Research Medical University.
Bolshaya Sukharevskaya Sq. 3, Moscow, 129090; Ostrovityanova Str. 1, Moscow, 117997
Будаев Антон Аркадьевич - научный сотрудник отделения биотехнологий и трансфузиологии ГБУЗ «НИИ скорой помощи им. Н.В. Склифосовского ДЗМ».
129090, Москва, Большая Сухаревская пл., д. 3
Anton A. Budaev - Scientific Researcher, Department of Biotechnology and Transfusiology, N.V. Sklifosovsky Research Institute for Emergency Medicine.
Bolshaya Sukharevskaya Sq. 3, Moscow, 129090
Пономарев Иван Николаевич - кандидат медицинских наук, старший научный сотрудник отделения биотехнологий и трансфузиологии ГБУЗ «НИИ СП им. Н.В. Склифосовского ДЗМ».
129090, Москва, Большая Сухаревская пл., д. 3
Ivan N. Ponomarev - Candidate of Medical Sciences, Senior Scientific Researcher, Department of Biotechnology and Transfusiology, N.V. Sklifosovsky Research Institute for Emergency Medicine.
Bolshaya Sukharevskaya Sq. 3, Moscow, 129090
АКТУАЛЬНОСТЬ У пациентов с дефектами костей свода черепа проведение краниопластики с использованием аутологичного костного трансплантата часто сопровождается лизисом. Для стимуляции интеграции имплантированного костного лоскута и остеогенеза могут быть использованы модификации с применением биокондуктивных факторов, а также дополнительные биологические конструкции и препараты.
ЦЕЛЬ Оценить безопасность применения модифицированного аутологичного краниотрансплантата в комбинации с костно-пластическим материалом (КПМ) и препаратами на основе аутологичных тромбоцитов, а также динамику восстановления свода черепа у пациентов с отсроченной краниопластикой.
МАТЕРИАЛ И МЕТОДЫ Обследованы и пролечены 7 пациентов в возрасте от 32 до 69 лет с диагнозами, предполагающими выполнение отсроченной пластики костей свода черепа. Для повышения биокондуктивных свойств костный лоскут перфорировали, насыщали 0,8% аллогенным раствором коллагена 1-го типа человека, лиофилизировали, стерилизовали ионизирующим излучением и хранили при 20–22°C. Область диастаза заполняли аллогенным КПМ, изготовленным на основе раствора 0,8% коллагена 1-го типа человека и костной крошки. Для стимуляции ревитализации трансплантата использовали аутологичный лизат тромбоцитов. Оценку репаративных процессов проводили методом мультиспиральной компьютерной томографии (КТ) и трёхфазной остеосцинтиграфии через 6, 12 и 18–24 месяца.
РЕЗУЛЬТАТЫ У всех пациентов послеоперационный период протекал без осложнений. При оценке краёв костного лоскута в динамике отмечали их стабильность вне зависимости от сроков наблюдения. У 6 пациентов из 7 через 6 месяцев наблюдалось появление «костных мостиков», что приводило к формированию участков консолидации в течение 12–24 месяцев. Рентгеновская плотность костного лоскута через 12 месяцев незначительно снижалась без выраженных признаков лизиса лоскута. В послеоперационном периоде отмечали устойчивое снижение величины диастаза с 2,0 (2,0; 3,1) мм до 0,9 (0,8; 1,5) мм через 18–24 месяца. Трёхфазная сцинтиграфия показала, что уже через 6–12 месяцев в костном лоскуте наблюдается интенсификация кровотока с нормализацией и общей тенденцией к выравниванию показателей к 12–24 месяцам. Таким образом, активная репарация и регенерация костной ткани в области диастаза начиналась через 6–12 месяцев и продолжалась в течение 18–24 месяцев, тогда как в области костного лоскута происходила стабилизация.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ Применение консервированного аутотрансплантата кости свода черепа в комбинации с аллогенным костно-пластическим материалом и тромбоцитными препаратами является безопасным при отсроченной краниопластике. В течение 24 месяцев после операции наблюдается высокая сохранность костного лоскута на фоне постепенной регенерации и консолидации кости в области диастаза, которую можно наблюдать методом компьютерной томографии и трёхфазной сцинтиграфии.
INTRODUCTION In patients with cranial vault defects autologous cranioplasty with the bone flap is often accompanied by flap lysis. Bio-conductive factors, including additional biological structures and drugs, can be used to stimulate osteogenesis and integration of the bone flap.
THE AIM OF THE STUDY To evaluate the safety of using a modified autologous cranial graft combined with bone-plastic material (BPM) and autologous platelets´ preparations, as well as the dynamics of cranial vault reconstruction in patients with delayed cranioplasty.
MATERIAL AND METHODS 7 patients, aged from 32 to 69 years, with diagnoses involving delayed cranioplasty were examined and treated. To increase the bioconductive properties, the bone flap was perforated, saturated with 0,8% allogeneic solution of human type 1 collagen, lyophilized, sterilized with ionizing radiation and stored at 20–22°C. The diastasis region was filled with allogeneic BPM, consisted of 0,8% human type 1 collagen and bone chips. Autologous platelet lysate was used to stimulate the revitalization of the cranial graft. The assessment of reparative processes was performed by multispiral computed tomography (CT) and three-phase osteoscintigraphy after 6, 12 and 18–24 months.
RESULTS In all the patients, the postoperative period was uneventful. Edges of the bone flap maintained their stability during all time of observation. In 6 of 7 patients the appearance of bone bridges was observed after 6 months, which led to formation of consolidation sites within 12–24 months. The X-ray density of the bone flap decreased slightly after 12 months without pronounced signs of flap lysis. In the postoperative period, steady decrease in the size of diastasis was noted from 2,0 (2,0; 3,1) mm to 0,9 (0,8; 1,5) mm after 18–24 months. Three-phase scintigraphy showed intensification of blood flow in the bone flap after 6–12 months, which was normalized by 12–24 months. Thus, active repair and regeneration of bone tissue in the area of diastasis began after 6–12 months and lasted for 18–24 months, followed by stabilization of the bone flap.
CONCLUSION The use of autologous cranial graft in combination with allogeneic bone-plastic material and platelet preparations was safe for delayed cranioplasty. Within 24 months after surgery, high preservation of the bone flap is observed, followed by gradual regeneration and consolidation of the bone in the diastasis area, which could be observed by CT and three-phase scintigraphy.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.